Василий Алексеевич Перовский – учредитель Русского географического общества и военный губернатор Оренбургского края

Василий Алексеевич Перовский – учредитель Русского географического общества и военный губернатор Оренбургского края

«Обширный ум Перовского хотел обнять всё.

Он жил мечтою устроить любимый Оренбургский край

образцовым в России.

Историк Павел Юдин

      Вступление       

Жителям нашей республики знакомо  имя Василия Алексеевича Перовского. Почти полтора десятилетия,  в 1833-1842 годах  как Оренбургский военный губернатор и в 1851-1857 годах как Оренбургский и Самарский военный губернатор, он руководил Оренбургской губернией. В то время  башкирские земли  административно относились к этой губернии, а башкирское население было рассеяно по всему краю.  Российский историк Раиль Кузеев называет число башкир  в Оренбургском крае на тот период — 250 тысяч душ, а историки Анвар Асфандияров и Инга Гвоздикова – 200 тысяч душ обоего пола.

Среди руководителей Оренбургского края первой половины XIX века Василию Алексеевичу Перовскому принадлежит особое место, его причисляют к выдающимся государственным деятелям.

В.Перовский. Художник К. Брюллов

 

В продолжение царствования трех государей, Александра I, Николая I и Александра II, Перовский сумел приобрести их благорасположение, хотя провел большую часть своей жизни вдали от царского двора и столичного блеска. Он изучал Оренбургский край, устанавливал дипломатические отношения со странами Средней Азии. Все, чем он прославился, Перовский достиг своими силами, умом и честным служением Отечеству.

 

                                Родословная Василия Перовского

    Родной отец Василия Алексеевича Перовского – знатный  вельможа Алексей Кириллович Разумовский. Василий был его внебрачным сыном. Отец дал ему свое отчество, а фамилия происходила от названия имения Перово, где мальчик родился.

Прослеживать родословную Василия Перовского необходимо с личности Алексея Григорьевича Розума  (1709-1771). Именно с него, днепровского малоземельного казака, пошло возвышение этого семейства: в юности Алексей Григорьевич пел в церковном хоре, в 1731 году его услышал  полковник Вишневский, ездивший по России в поисках красивых голосов для Придворного хора. Так молодой певчий попал в Петербург. В списке двора цесаревны Елизаветы Петровны (1709-1762) он сначала  значился как Алексей Григорьев. Его внешние данные привлекли внимание  дочери  Петра Первого. В 1730 годы Алексей Григорьевич стал фаворитом цесаревны Елизаветы Петровны и получил фамилию Разумовский.

Сначала Алексей Разумовский управлял имениями Елизаветы Петровны, затем получил чин камер-юнкера и стал полновластным хозяином ее двора. К нему обращались с просьбами знатные вельможи.  После дворцового переворота 1741 года певчий превратился в генерал-поручика и действительного камергера. В день коронации Елизаветы Петровны на его груди засверкал орден Андрея Первозванного, посыпались чины, он в одночасье стал владельцем многих тысяч крестьянских душ.

При этом Алексей Григорьевич оставался скромным, набожным, держался в стороне от большой политики и к своему возвышению относился с юмором.

С 1741 года началось царствование Елизаветы Петровны и продлилось 21 год. По некоторым данным известно, что Елизавета и Алексей в 1742 году тайно обвенчались в деревенской церкви в Перово (такой брак считался незаконным). Алексей Григорьевич поселился в дворцовых апартаментах, смежными с покоями императрицы. В 1744 году Алексей Разумовский получает графское достоинство, а в 1756-м стал генералом-фельдмаршалом Русской императорской армии.

В честь своего воцарения Елизавета Петровна возвела в Петербурге Аничков дворец и сразу подарила его своему избраннику. В дальнейшем знаменитый Аничков дворец переходил к другим владельцам в качестве подарка, но Алексей Григорьевич Разумовский навсегда утвердился в истории уникального дворца его  первым владельцем.

Аничков дворец при А. Разумовском

Алексей Григорьевич перетянул в Петербург «всех Розумов», которые сразу становились Разумовскими.   Среди них был родной брат Алексея – Кирилл Григорьевич Разумовский (1728-1803), будущий дед генерал-губернатора Василия Алексеевича Перовского.

Кирилла Григорьевича обучили в Европе, дали графский титул, чин Действительного камергера и в России появился 18-летний Президент Петербургской Академии наук. Многие были удивлены этим назначением, но формулировка «Назначен в рассуждение усмотренной в нем способности и приобретенного в науках искусства» всех успокоила. Женитьба на двоюродной сестре царицы Екатерине Нарышкиной принесла Кириллу Григорьевичу «колоссальное приданое» и одиннадцать совместных детей. Получив право управлять Гетманщиной, он  проявил себя  как зрелый государственный деятель и в Сенате отстаивал права Малороссии.

В момент прихода к власти Екатерины II Кирилл Разумовский был командиром Измайловского полка и сыграл в ее воцарении определенную роль. Кирилл Григорьевич получил звание генерал-фельдмаршала, хотя не имел боевого опыта.

После смерти брата Алексея Кирилл Разумовский стал  настолько богат, что сама Екатерина II «не посягала на его неприкосновенность».

Все дети Кирилла Разумовского получили отличное образование, имели высокие чины, занимали высокие должности.

Его сын Алексей Кириллович Разумовский (1748-1822) – отец  будущего Оренбургского военного губернатора. Карьера Алексея Кирилловича как государственного деятеля была очень яркой. Его чины и титулы позволили возглавить Министерство народного просвещения, стать попечителем Московского университета.

Через 12 лет брака с Варварой Шереметевой Алексей Кириллович потребовал у жены для себя свободу, но отобрал у матери четверых детей, отдав на воспитание дочерей своей сестре, а сыновей поручил гувернерам-иностранцам. Варвара Петровна Разумовская доживала в собственном доме в одиночестве, окруженная лишь приживалками. Зато Алексей Кириллович в одиночестве не остался. Вскоре он поселил у себя мещанку Марию Михайловну Соболевскую, у них было девять совместных детей, деликатно именовавшихся «воспитанниками». Этим детям Разумовский дал фамилию Перовские по своему имению Перово и отчество «Алексеевич». Все они получили отличное образование. Четверо из совместных с Соболевской сыновей — Алексей, Лев, Василий и Борис — стали известными в России людьми, благодаря своим деловым качествам и талантам. Судьба их тесно связана с Россией.

         Алексей Алексеевич Перовский (1787-1836), старший побочный сын от Соболевской, окончил Московский университет, выпущен доктором философских и словесных наук. В его круге общения преобладали известные литераторы Николай Карамзин, Петр Вяземский, Василий Жуковский, Александр Пушкин. Алексей Алексеевич известен как переводчик «Бедной Лизы» Карамзина на немецкий язык.       Алексей Перовский взял псевдоним Погорельский и прославился сказкой  «Черная курица». Но еще Алексей Алексеевич был настоящим патриотом России: в 1812 году он участвовал во многих сражениях. Туберкулез легких был причиной ухода из жизни 40-летнего писателя.

Лев Алексеевич Перовский  (1792-1856) был  участником Отечественной войны 1812 года, воевал на полях сражений Бородино, Малоярославце, Вязьме и Красном,  имел ранение. Император Николай I благоволил к нему. Лев Перовский назначался министром внутренних дел, министром уделов, управляющим Кабинетом Его Императорского Величества. Ему подчинялись Академия художеств, Московское Дворцово-архитектурное училище и Художественное училище, а также Ботанический сад.  Он поощрял археологические раскопки, увлекался коллекционированием греческих древностей и монет, которые были  переданы в Эрмитаж. С 1855 года Лев Перовский уже действительный статский советник, генерал от инфантерии, а в 1856 году пожалован в генерал-адъютанты.

Борис Алексеевич Перовский (1815-1881) – младший из сыновей от связи с Соболевской. Он, как незаурядная личность, заслуживает внимания.  Служил в Кавалергардском полку, был адъютантом Великого князя Михаила Павловича. Служба проходила на Кавказе, он участвовал в экспедициях, сражениях, в штурмах при взятии укреплений. Среди друзей Бориса Алексеевича был поэт Михаил Юрьевич Лермонтов.   Император Александр II выбрал Бориса Алексеевича одним из воспитателей своих наследников  Александра и Владимира. В 1866 году Борис Алексеевич Перовский вошел в число 12 основателей Императорского Русского Исторического Общества.

 

                                     Детство, военная юность

 Василий Алексеевич Перовский родился в селе Почеп Черниговской губернии (ныне Брянская область), воспитан в Москве, в частном пансионе.  Отец, Алексей Кириллович Разумовский, прошел череду  длительных прошений, чтобы добиться от императора Александра I признания своего 9-летнего сына Василия потомственным дворянином. Основательное гражданское образование Василий Перовский получил в стенах Московского университета, а затем окончил Муравьевское училище колонновожатых, где готовили офицеров.

В 17 лет в чине прапорщика Василий Перовский назначен квартирмейстерским офицером при казачьих полках в арьергарде 2-ой  армии под руководством Багратиона и состоял при генерале Винценгероде. В 18 лет  принял участие в Бородинском сражении 1812 года, был ранен: вражеской пулей Василию Перовскому оторвало указательный палец левой руки, впоследствии он носил золотой напальчник. Но война с Наполеоном принесла Перовскому другое страдание — плен. Он был взят в плен, находясь в захваченной французами Москве, и угнан на чужбину.  Отступавшие французы, двинувшись к Смоленску, забрали  с собой пленных, и путь до Орлеана занял полгода. Перовским был предпринят побег, закончившийся неудачей. Освобождение пришло только после взятия Парижа русскими. Перовский оставил об этом тяжелом периоде жизни «Записки», которые были изучены писателями Григорием Данилевским и Львом Толстым и использованы ими  в  произведениях.

 

                                               В России

Вернувшись в Россию, Перовский стал быстро продвигаться по службе.

Он был зачислен в Гвардейский Генеральный Штаб, затем в лейб-гвардии Егерский полк и вошел в число сопровождающих великого князя Николая Павловича (будущего императора Николая I) в путешествии по России и чужим краям. Перовский оставил о себе хорошее впечатление и вскоре  был назначен адъютантом великого князя. Служба проходит в Измайловском полку, Перовский – капитан, а в 1819 году – полковник. Перовский был интересным собеседником, жизненный опыт при молодых летах придавал вес его суждениям.  По-европейски образованный, он был близок к литературным кругам. Его знакомство с Пушкиным состоялось вскоре после выпуска поэта из лицея.

В 1818 году при дворе великого князя Николая Павловича появился поэт,  литератор Василий Андреевич Жуковский (1783-1852), преданный Отечеству гражданин – участник ополчения 1812-1813 годов. Жуковский обучал русскому языку невесту Николая Павловича, затем стал духовным наставником и  учителем   для цесаревича  Александра Николаевича.

Так при императорском дворе встретились Василий Перовский и Василий Жуковский. Они легко сошлись, подружились. Связующими звеньями были любовь к литературе и дружба  Жуковского с братом  Василия Алексеевича – писателем Алексеем Алексеевичем  Перовским (Погорельским).  Кроме того, их невольно объединяло происхождение — Жуковский был побочным сыном графа Бунина.

Василий Андреевич, будучи очень умным и тонко чувствующим человеком, характеризовал Перовского как «нетщеславного человека, прямого в высказываниях, не склонного к лести, низкопоклонничеству и  лжи».  Жуковский ценил в Перовском интеллектуальный потенциал, а его письма воспринимал как  литературные произведения. Переписка Жуковского и Перовского – образец эпистолярного жанра и свидетельство высоких отношений незаурядных личностей.

Литературный дар Василия Алексеевича ценил Гоголь и хотел знать его мнение о своих новых произведениях.

Возможно, и Лермонтов был как-то связан с Перовским. В 1837 году Михаил Юрьевич писал Святославу Раевскому: «Начал учить по-татарски,  язык этот в Азии необходим, как французский в Европе. Остается проситься в экспедицию с Перовским в Хиву». Вспомним, что с Лермонтовым дружил Борис Перовский.

Вращаясь в кругах гвардейской офицерской молодежи, Василий Перовский,  как и брат Лев, входил в состав декабристского кружка «Союз благоденствия». В 1822 году он уезжает в Италию на лечение, проводит там два года и не принимает  участия в этой организации.

Вернувшись из-за границы в Россию, Перовский снова становится флигель-адъютантом  Великого князя Николая Павловича.  14 декабря 1825 года на сенатской площади Перовский заслонил Николая I  от брошенного в императора из толпы полена, сам был контужен.

В апреле 1828 году Василий Перовский попал на русско-турецкую войну.  При штурме и взятии Анапы он выказал храбрость  и распорядительность, был награжден орденом Святого Георгия IV степени. Несколько позже,  при штурме Варны, Перовский был тяжело ранен в грудь. Пулю удалили, но правое легкое серьезно пострадало, в последующем  Перовский имел на боку фонтанель – незатянутую рану (свищ).  За участие в бою под Варной последовала очередная награда – орден Святой Анны I степени.

В 1828 году Перовский был произведен в генерал-майоры, назначен в свиту Его Императорского Величества.  Он соответствует своему положению офицера, приближенного к императорскому двору: деловит и  инициативен,  при этом «красавец, хорошо воспитан, в обществе производит чарующее впечатление, особенно на дам» – блестящий придворный. В нем было все для военной карьеры и светской жизни.

 

                                        Неожиданное назначение    

В 1833 году  неожиданно скончался военный губернатор Оренбургского края генерал-лейтенант Павел Петрович Сухтелен (1788-1833),  нужна была равноценная замена. Оренбуржье – отдаленная окраина России – в то время было слабо укреплено. Через эти земли шли торговые пути, происходило политическое общение с ханствами Средней Азии.

Николай I видит   в Перовском  человека  властного,  повышенно требовательного к себе и окружающим. Кроме того,  Перовский  образован, быстро ориентируется в обстановке, самолюбив, горд и щепетилен в вопросах чести.  Он физически вынослив и настолько силен, что на спор разгибал подковы.  Эти качества позволили  Николаю I  доверить 38-летнему генерал-майору Перовскому ответственный пост военного генерал-губернатора и командира Оренбургского отдельного корпуса.  Назначение стало неожиданным   для самого Перовского. Действительно, прежде эту должность занимали люди,  умудренные годами и жизнью, имевшие административный опыт работы. Историк Павел Юдин позднее писал: «Оренбург первый раз со дня своего существования видел в стенах своих такого молодого губернатора. Не было подобного и после».

 

                                      Главное – собрать команду

Общая площадь Оренбургского края примерно соответствовала территории Франции.  Перовский, ознакомившись с положением дел,  сразу осознал трудность вставших перед ним задач и нашел, что состояние края требует «безотсрочного улучшения».  Согласуясь с планами своего талантливого предшественника Сухтелена, Перовский занялся составлением обширной и четкой программы управления краем.

Военный губернатор Перовский был наделен  от царя такими полномочиями, каких никогда не имели его предшественники. Он выбирал даровитых людей,  ценя в них знания, культуру, трудолюбие, преданность Отечеству. Его подчиненные выполняли многочисленные обязанности, владели разными языками и одновременно были истинными учеными в разных сферах. Оплачивать их труд он не скупился.

В Петербурге  Перовский  постарался подобрать себе ближайших помощников. Первым оказался Владимир Иванович Даль, тогда уже преуспевающий столичный врач и известный писатель.  Даль стал чиновником по особым поручениям и занимался естественнонаучными исследованиями. Перовский  также привез в Оренбург камер-юнкера Дурасова, молодого чиновника  Лебедева. Из прежних оренбургских чиновников надежным помощником ему стал генерал-майор Григорий Федорович  Генс (1787-1845).

В 1836 году по личному ходатайству Перовского в Оренбурге появляется  выпускник Царскосельского лицея, специалист по статистике Яков Владимирович Ханыков. Он проявил себя как географ, картограф, востоковед. Ханыков стал исследователем  Оренбургского края, в частности, башкирских земель. Его картографические работы —  карта Южного Урала (1841),  карта Аральского моря и Хивинского ханства (1851) принесли ему подлинную славу.

В 1839 году на службу к Перовскому был определен брат Якова Ханыкова  Николай Владимирович Ханыков (1819-1878), который впоследствии стал известным в мире востоковедом, географом, этнографом, путешественником  и дипломатом. Николай также изучал природу Южного Урала, зауральских степей, участвовал в зимнем Хивинском походе 1839-1840 годов,  совершил экспедицию в Бухару.

В 1839 году в Оренбург прибыл геолог и неутомимый путешественник, офицер  Егор Петрович Ковалевский. Он был участником разработок золотых месторождений на Урале, провел экспедицию в Бухару, исследовал реки Сыр-Дарью и Аму-Дарью. Ковалевский изучал залежи угля в Стерлитамакском уезде. Добился направления к Перовскому для участия в научной экспедиции на Арал Платон Александрович Чихачев – офицер, опытный путешественник и исследователь.

В Оренбург был переведен друг Даля, врач Карл Розенбергер, прибывший с молодой женой. Для участия в исследовании берегов Каспийского моря и переноса туда Александровского укрепления из Астрахани был переведен морской офицер Борис Бодиско. С 1840 года в Отдельный Оренбургский корпус был откомандирован военный инженер Иван Федорович Бларамберг. Он еще в 1836 году был в экспедиции по изучению берегов Каспийского моря и оказался очень полезным в изучении Оренбургского края.

Перовский приблизил к себе Ивана Виткевича (1809-1839). Он, как польский ссыльный, служил с 1824 года рядовым в Орской крепости и за свои заслуги  произведен в унтер-офицеры. Принимал Перовский участие в судьбе композитора Александра Алябьева (1787-1851), который находился здесь в ссылке, поддерживал  прибывшего в 1850 году в ссылку  «петрашевца»  поэта Алексея Плещеева. Перовскому удавалось вовлечь в круг общественной и просветительской деятельности видных ученых, путешественников, дипломатов, художников, писателей.

 

                                      Деловое знакомство с краем

Летом 1833 году Перовский прибывает в Оренбург – «степную столицу», как тогда называли город. Прежде всего, губернатор лично объехал все укрепления.  Сразу организуются кратковременные  и длительные поездки по краю и сопредельным территориям с целью изучения местности. Одной из задач было оживление торговых отношений  с Бухарой. Уже в 1833 году он направил  туда для переговоров  востоковеда, переводчика Петра Ивановича Демезона. Миссия была успешно выполнена. Отчет Демезона стал не только документом, важным для внешней политики, но и интересным описанием Бухарского  ханства. Вторую поездку в Бухару совершил Виткевич, знаток восточных языков и обычаев азиатских народов. Записки Демезона и Виткевича попали в разряд секретных сведений и были опубликованы только в 1983 году.

В 1835 году Перовский вместе с помощниками и отрядом из 98 казаков и 50 башкирских всадников совершил познавательную поездку в степь.  Целью было обозрение местности для проведения новой линии укрепления. Поездка длилась месяц, участники похода дошли до Тобола, было пройдено 1100 верст. Подробный отчет, направленный в Петербург, удостоился «полного одобрения» свыше.

Поездки по краю совершал и Владимир Даль. Своей сестре он писал: «Все лето провел в седле», но командировки были секретные и подробности  не сообщались. Даль называл эти поездки «прогулка в степь». Позже в дневниках Даль описал, что он побывал в гостях у хана, имевшего 17 жен и 39 детей, приводил тексты народных песен. В дневники вошли и  данные научного характера.

В изучении геологического состава территории края Перовский содействовал Григорию Петровичу  Гельмерсену – русскому геологу, горному инженеру, который исследовал Южный Урал и приехал в Оренбург в конце 1833 года.

Геодезическим и картографическим работам Перовский придавал первостепенное значение. Инструментальная съемка проводилась на значительной части губернии и всей линии.

Историограф, генерал-майор Иван Васильевич Чернов (1825-1902) писал: «Перовский стремился поднять башкирский народ, носивший название башкирского казачьего войска. Следуя раз намеченному взгляду на башкир, Перовский желал доказать справедливость своего мнения о способности и боевых качествах башкир».  Именно башкирские воины составляли личную охрану Перовского во время военных походов и хорошо проявили себя при штурме Ак-Мечети.

 

Преобразовательная деятельность

  В начале своей деятельности Перовский занялся вопросами лесоразведения.  По его  распоряжению  были собраны образцы почв и лесных пород из каждого уезда. В южной части губернии впервые в России были проведены массовые посадки саженцев деревьев, высажено 200 тысяч экземпляров.  Разработано и выпущено «Наставление по посадке деревов». Оговорено, что «необходимо наблюдать за их произрастанием».  В 1836 году открылась школа лесоводов и агрономов.

Деревянный город Оренбург состоял из землянок, ветхих лачуг. Проведенная экспертиза выяснила, что сносу подлежало 221 строение. Губернатор не пожалел денег на помощь в возведении достойных домов, стимулом стали выдача каждому хозяину, пожелавшему строиться, по 50 рублей ассигнациями и некоторых строительных материалов

Началось кирпичное строительство. Были поставлены дом военного коменданта, здание Дворянского собрания, здание Штаба Оренбургского корпуса, для учреждений и общественных нужд стали возводиться отдельные здания, а не сниматься площади у частных лиц.

Оренбург. Дворянское собрание. Худ. А. Чернышев.

Владелец лучшего в городе дома полковник Тимашев  предложил его для проживания губернатору Перовскому. В перестроенном виде дом до сих пор украшает Оренбург.

Оренбург. Дом полковника Тимашева. Здесь жил В.А. Перовский

В городе появилось фонарное освещение, обустроены  городские сады. В Челябинске и Троицке Василием Алексеевичем были открыты приходские школы. Перовский считал важным для просвещения иметь библиотеки, периодическую печать. Был сооружен каменный манеж для занятий с рекрутами, позже приспособленный под театр.

По инициативе Перовского в 1835 году был возведен первый  пешеходный мост через реку Урал, велось углубление артезианского колодца, заработал водопровод. Одновременно были заказаны паровые машины для мукомольного и лесопильного заведений. Оренбург оказался среди первых российских городов, где внедрялась техника и появились свои механики.

На случай неурожаев и увеличения доходов казачьего войска Перовский приказал ввести общественную запашку земли и выстроить «запасные магазины» – склады для хранения зерна. Это вызвало в 1835 году волнения среди казаков, не знавших такой работы. За неподчинение часть недовольных была лишена казачьего звания и отдана в солдаты.

Большое значение придавалось ботаническим, зоологическим, геологическим исследованиям. В 1836 году Перовский обратился к жившему в Казани ученому  Эдуарду Эверсману с предложением создать обобщающий труд о природе Оренбуржья. Перевод первоначального немецкого текста на русский язык выполнил Владимир Даль. Первая часть замечательного сочинения  Эверсмана  «Естественная история Оренбургского края» вышла  в Оренбурге в 1840 году  в типографии штаба Отдельного оренбургского корпуса.

Усилиями Перовского был возведен Караван-Сарай – общественный башкирский постоялый двор  «для пользования без всякой платы». В комплекс  вошли мечеть и школа. Архитектор Александр Павлович Брюллов создал поистине «архитектурную жемчужину» Оренбурга. Сооружение строилось на средства правительства и длилось с 1837-го  по 1846-й год.

Оренбург. Караван-сарай.

Деятельными помощниками Перовского в изучении края стали многие военные и штатские чиновники. Это Григорий Генс, Григорий Карелин, Фома Зан, преподаватели Неплюевского военного училища Александр Дьяконов и Михаил Иванов;  офицеры Алексей Жемчужников, Николай Балкашин, Константин Артюхов и другие.

Губернатор занимался и устройством «Музеума естественных произведений Оренбургского края», начатого еще при Сухтелене.  В 1838 году Перовский вызвал из Дерпта молодого талантливого ученого, натуралиста Александра Лемана для естественно-научного описания Южного Урала и формирования музея. Леман оказался очень полезным в изучении края, ездил он и по Башкирии, делал описание местности.

В те годы стали проводиться метеорологические наблюдения. В 1835 году по заказу  для Оренбурга в механической мастерской Казанского университета  изготовили барометр и термометр,  метеонаблюдения проводились в Оренбурге, Уфе и Уральске.

Перовский организовал сбор и обработку статистических сведений, включавших данные о географии, геологии, метеорологии, флоре и фауне, народонаселении и экономике края. В губернии был открыт статистический комитет и от Министерства внутренних дел назначен особый чиновник. Эту должность занял  Яков Ханыков.

                                     Кочевки в пределах башкирских земель

 Частью жизни самого Перовского и его окружения были кочевки – загородные летние поселения. Кочевок было две. Соответственно современному административному делению  они располагались в пределах башкирских земель,  ныне это Зианчуринский и Куюргазинский районы.

На кочевках  принимались высокие гости, близкие друзья,  устраивались празднества, но текущая и научная работа не прерывались.

На этих летних поселениях побывали председатель Лондонского геологического общества сэр Мурчисон и  вице-премьер Парижского геологического общества де Вернейль. Они совершали поездки по Уралу по приглашению  Российского Правительства. Оба гостя по нескольку часов с молотком  в руках проводили в горах, изучая уральские породы на башкирской территории.

На кочевке побывала и  семья Даля. Жена Юлия Егоровна Даль,   бывая там, любовалась природой. Сам Владимир Иванович впоследствии заключал: «Башкирия, то есть, Оренбургская губерния, красуется природой, какой нет более в России». В письме к сестре Паулине Владимир Иванович писал: «4 июня 1836 года, речка Бельгуш, Башкирия. Живем в балаганах и кибитках, в 30 верстах от имения Николая Балкашина. На кочевке так хорошо, не расстался бы век – горы, леса, новый вид каждые сто шагов».

Очерк о Башкирии Даль поместил в «Журнал Министерства внутренних дел», отрывки – в «Ежегоднике Дерптского университета». На кочевке бывал и Василий Жуковский в период, когда он был в свите цесаревича Александра Николаевича. В 1841 году приезжал племянник Перовского Алексей Константинович Толстой, гостил он более месяца.

Борьба с набегами

Перовского поражал тот факт, что кочующие за Уралом киргизы, будучи российскими подданными, забирают при малейшей оплошности русских людей в плен и продают их в Хиву, в вечную неволю, что «промысел этот любимое  занятие киргизов.  На быстрых и неутомимых конях удалые преступники безнаказанно уходили в степь».  Он разработал и предложил императору ряд мер по противодействию разбойникам.

Николай I утвердил план губернатора  Перовского.  В относительно короткий срок, уже в 1835 году,  были воздвигнуты  укрепления:  Императорское, Наследницкое, Константиновское, Николаевское, Михайловское с редутами для помещения кордонной стражи.

В ответ на появление  новых укреплений демонстративно участились нападения, чему активно способствовало Хивинское ханство. В Хиве  был главный невольничий рынок, и киргизы продавали в рабство русских пленных именно туда;  подданные России ценились наиболее высоко, по сравнению, например, с персами, за российских пленных платили больше.  Если попадался человек служивый, его вынуждали обучать военному делу хивинцев. Здесь сбывался и угнанный скот.

В 1836 году был дерзко ограблен российский караван. Догнать и наказать грабителей не удалось, и они пошли на новое преступление: на Каспийском море  взяли в плен русский 4-х пушечный бот с командиром, орудиями и всей командой. Этого Перовский уже не стерпел!

Он направил отряд в 1000 человек под началом генерал-майора Дренякина с двумя орудиями и 30 стрелками, посаженными на коней. Все взятое разбоем вернули, освободили и пленных.

Этим Перовский не ограничился. Чтобы отучить кочевников от набегов, он  направил в 1836 году на южную границу отряд уральских казаков числом 550 человек под командованием полковника Мансурова. После этих уроков весь 1837 год прошел спокойно, без набегов.

Из этих событий Перовский сделал надлежащие выводы. В 1840 году он провел коренную реформу казачьего войска. Оно получило в вечное пользование огромную территорию и четкое административное деление. Во главе войска был поставлен наказной атаман с подчинением только военному губернатору.

 

«Всенародное обручение наследника с Россией»

Так назвал путешествие по России в 1837 году Цесаревича Александра Николаевича его наставник Надворный советник Василий Жуковский, будучи в числе сопровождающих. Внушительная свита состояла из молодых офицеров гвардейских полков, учителей. Передвигались на лошадях целой кавалькадой колясок и экипажей. За 7 месяцев путешествия  наследник престола посетил 28 губерний России, в том числе и  Оренбургский край.  Знакомясь с устройством городов, работой заводов,  бытом народа, 19-летний будущий император  словно срастался с жизнью этих мест и людьми, их населяющими. От Перовского как от губернатора края требовалось на каждой станции держать 60 лошадей с запасной сбруей, иметь мастеровых с инструментами.

Цесаревич Александр II

Великий князь прибыл в Оренбург 12 (24) июня 1837 года. Перовский в рапорте военному министру Александру Чернышеву докладывал: «Его Императорское Высочество по въезде в крепость отправился прямо  в Преображенский Собор, где был встречен духовенством и отслушал молебствие. Затем Его Высочество осмотрел в Оренбурге тюремный замок, богадельню, военный госпиталь, строящуюся казарму, батальон военных кантонистов и Неплюевское училище».

На другой день Цесаревич принимал гражданского губернатора, губернского предводителя дворянства с чиновниками гражданского ведомства и дворянами, муфтия, хана Внутренней Киргизской Орды, а от купечества принял хлеб-соль.

13(25) июня состоялось целое празднество. Парад войск и скачки на лошадях, участие двух сотен башкирцев в красивых военных формах составили незабываемое зрелище.  Европейские развлечения сочетались с азиатскими потехами. Вечером Цесаревич «осчастливил  посещением Оренбургское Благородное общество, собравшееся в нарочно устроенной галерее».

Впервые будущий царь пересек Урал и оказался в Сибири.  Недаром эту поездку Жуковский назвал «всенародным обручением с Россией». Сам  Александр Николаевич писал: «Я своими глазами и вблизи познакомился с матушкой Россией и научился еще больше любить  и уважать».

 

Обстановка накаляется

Перовский успешно занимался  изучением края, преобразованием города, но осуществлять мирные планы мешали не прекращавшиеся  угоны  в плен российских людей. К середине 1838 года киргизы средней орды начали открыто действовать против России. В Хиве томились русские пленные и Перовскому, как самому побывавшему в плену, было понятно их положение. Он добивался возвращения всех, но удавалось вызволять партиями. Среди возвращенных двадцати пяти человек был старик, проведший в плену 55 лет. Уловка хана избавляться от немощных, уже бесполезных ему, людей  и удерживать способных для рабского труда,  была разгадана. В ответ Перовский вернул в Хиву только 5 хивинских купцов (из пятисот), задержанных ранее с целью вызволения русских пленных. Видя, что военный губернатор жестко отреагировал на обман при обмене пленными, хан  прислал следующую  партию из пяти человек, а вскоре были освобождены  еще 80 невольников.

 

Хивинский поход

Столь малое число возвращенных пленников не удовлетворяло Перовского, он решил, что настал момент прибегнуть к силе и стал настойчиво хлопотать о военном походе.

Специально учрежденный комитет, куда вошли вице-канцлер Карл Нессельроде, военный министр Александр Чернышев и Василий Перовский, разработал общий план военного похода на Хиву, который 12 марта 1839 года был утвержден Николаем I. Определено «на предприятие» выделить  1 698 000 рублей ассигнациями и 12 тысяч червонцев. Предполагалось сначала провести научную экспедицию к Аральскому морю, а поход начать весной 1840 года.

В результате различных причин, научная экспедиция была отменена, а военный поход на Хиву в итоге начали в ноябре 1839 года. Некоторые научные задачи отмененной Аральской экспедиции были  выполнены в ходе военного похода.

Пятитысячный отряд выступил 14-17 ноября четырьмя отдельными колоннами, которые в пути объединились в одну. Даль в воспоминаниях писал: «Караваны шли по бокам в шесть и до десяти рядов. Зима наступила необычно рано, уже 18 ноября пошел сильный снег, который не прекращался трое суток, то засыпая воинов сугробами, то обдавая их трескучим морозом и ветром».

В.А. Перовский в походе 1839 года

Положение осложнилось тем, что 10 парусных судов, отправленных в октябре 1839 года из Астрахани на Новоалександровск с различными запасами, «не могли за противными ветрами дойти до форта и вернулись в Архангельск».  Кроме того,  «несколько сот свежих верблюдов, высланных из Оренбурга к Перовскому, были  отхвачены в степи кайсаками».

Хивинские отряды  навязывали бои и сами несли потери не только боевые, но и от стужи, холод и бескормицу не выносили  лошади.  По глубокому снегу, сквозь пургу отряд Перовского  добрался до Ак-Булака.  Снег укрыл траву толстым покровом, и верблюды не могли пробиться к корму, вязли в снегу по брюхо, сбивали себе копыта. «Из Оренбурга вышло 10 450 верблюдов, на Акбулаке их уже осталось с небольшим 5000,  и ежедневно подыхало более сотни»,  – писал  Даль.

 

Хивинский поход 1839 г. Рис. Штернберга

Иван Захарьин сообщает: «Снега было настолько много, что даже глубокие овраги были им полны.  На них накладывали понтонные мосты и переводили навьюченных верблюдов. Сам Перовский, имея право пользоваться коляской, передвигался только на лошади. Ежедневно, в любую погоду, он совершал объезды колонн, здороваясь с людьми и оглядывая их». Солдатам не хватало горячей пищи.  Немытые люди становились добычей насекомых; когда подсушивалось над костром солдатское белье, с него сыпались невидимые мучители, раздавался треск и выделялся дурной запах. Заболевших людей и с отморожениями  по возможности отправляли обратно в Оренбург».

Хивинский поход

По мере продвижения на юг погода не улучшалась. На Усть-Урте, как донесла разведка, к удивлению, тоже лежали непроходимые снега. Позже Даль напишет: «Бесславная гибель отряда в снежных степях была бесполезна. А потому и продолжать путь бесполезно».

 

                                      Обратный путь  и возвращение

1 февраля 1840 года Перовский отдал приказ об окончании похода и возвращении экспедиционных сил в Оренбург.  4 февраля отряд двинулся обратно, холод в 35 градусов Цельсия  превратил обратный путь в цепь страданий и бедствий. Только уральцы легче переносили морозы.  В пути колонна неожиданно наткнулась на озеро – это для всех стало истинным оазисом: есть вода для питья людям и животным. Росшие по краям озера камыши послужили топливом для костров, солдаты готовили горячую еду и чай. От холода, кроме чая, ничего не спасало,  в том числе и спиртное.

Колонну в пути застиг  жестокий степной буран при 34 градусах холода. Сила ветра сваливала людей, препятствовала продвижению верблюдов. Погибали от холода и верблюды, их сводили в кучу для согревания, накрывали своими тулупами. Однако, из двух тысяч верблюдов  за 12 дней продвижения к Эмбенскому укреплению погибло 1780.  На помощь явился султан Айчуваков,  он боялся Хивы и по просьбе Перовского доставил в  конце марта  850 свежих и крепких верблюдов.

Во время похода у Перовского открылась рана в боку. Некоторое время он ехал в коляске.  Атлетический от природы организм Перовского не сдался, на Эмбе он поправился и продолжал путь верхом на коне.

Потери из-за болезней продолжались и были очень велики: они составили пятую часть отряда. Из воспоминаний  Владимира Даля: «В продолжение  всего похода, или шести месяцев, умерло всех чинов 1054 чиновников, 199 башкир из транспортной команды. По приходу в Оренбург больных, почти исключительно цинготных, сдано в госпиталь 609 человек, оставлено похороненных в степи 1000 человек».

Несмотря на то, что отряд не вошел в Хиву, с приходом тепла в сторону Оренбурга стали продвигаться отпущенные Хивинским ханом  пленные.  Их возврат был целью Правительства России и  отряда Перовского. По словам Даля, на дорогу пленные от хивинцев «получили по золотому (4 рубля серебром), по мешку муки и по верблюду на каждых двух человек».

После освобождения русских пленных задержанные хивинские купцы получили свободу, им вернули товары и деньги, поскольку  цель военного похода была достигнута.

 

Участники похода

Среди сотрудников Перовского, которые подготавливали военную экспедицию,  были  чиновники особых поручений Яков Владимирович  Ханыков и Владимир Иванович  Даль. Владимир Иванович был и участником похода. Двадцатилетний Николай Ханыков (брат Якова) попал в поход в начале своего служебного пути (прибыл в Оренбург в марте 1839 года) и вынес все тяготы этого  трудного предприятия. В поход волонтером пошел художник Василий Штернберг, но через три дня, по настоянию Даля (который как врач заметил нездоровье молодого человека), он вернулся. Однако, Штернбергом выполнено  несколько рисунков с изображением бытовых моментов похода. Эти рисунки, зримые свидетели, входят во все издания, касающиеся Хивинского военного похода или судеб его участников.

Офицер и путешественник Платон Александрович Чихачев  присоединился к отряду добровольно. Он разделил со своими спутниками все невзгоды как рядовой участник. Владимир Даль писал о нем: «Чихачев у нас один из полезнейших людей; он взял на себя попечительство над больными, возится с ними день и ночь».  В Хивинском походе Платон Чихачев занимался и научными исследованиями, полученные результаты он предоставил академику Карлу Беру, который включил их в свою статью, сделав ссылку на имя исследователя.

Научными исследованиями занимались в военном походе серьезно. Натуралист Александр Леман собрал экземпляры представителей фауны, в том числе неизвестные, разные породы камней. Он вел дневник, который  хранится в ПФА РАН, но до сих пор не изучен, не опубликован. За участие в походе Леман был награжден орденом Святого Станислава III степени.

 

Итоги  похода

Перовский болезненно воспринял неудачу и всю вину за поход возложил на себя, о чем лично заявил Николаю I.  Несмотря на все злосчастия, Хивинский поход имел для  России положительные последствия. Хивинский хан Алла-Кул был напуган такой внушительной военной демонстрацией.  В июне 1840 года он обнародовал фирман (указ), по которому «строго воспрещалось всем подвластным племенам производить на границах Империи хищничества и грабежи и держать в неволе подданных России».

Николай I наградил Перовского «за ограждение русских торговых интересов в Азии, обеспечение спокойствия русских, киргизов и освобождение российских пленников». Свое благоволение к Перовскому император выразил вручением  алмазных знаков ордена Святого Александра Невского в апреле 1841 года.

Однако,  здоровье Перовского было подорвано в трудных походных  условиях, он попросил отставку и  в 1842 году был освобожден от должности. Василий Алексеевич направился за границу залечивать последствия легочного ранения.

 

Организация РГО

Вернувшись в Петербург, Перовский окунулся в государственные дела – опытному управленцу отойти от дел не дали. Перовский сохранил членство в Азиатском комитете, через год он уже в звании генерала от кавалерии. В 1845 году Перовского назначили членом Государственного Совета, высшего совещательного органа Империи.

Перовский оставил яркий след в истории России тем, что был в числе учредителей Русского Географического общества.

В Европе в XIX веке действовали три географических общества: в Париже с 1821 года, в Берлине с 1828 года и в Лондоне с 1830 года.  В России активно проводились многочисленные научные исследования, направлялись  экспедиции в различные районы страны. Назревала обстановка для создания Русского географического общества.

В число его  учредителей вошли: Константин Константинович Арсеньев — статистик, Фёдор Фёдорович Берг — генерал-фельдмаршал, Карл Эрнст фон Бер – эмбриолог и энтомолог, Фердинанд Петрович Врангель – полярный исследователь, Михаил Павлович Вронченко – востоковед, Григорий Петрович Гельмерсен – геолог, Владимир Иванович Даль – этнограф, Пётр Иванович Кеппен – статистик, Иван Фёдорович Крузенштерн – мореплаватель, Алексей Ираклиевич Левшин – историк, Фёдор Петрович Литке – географ, Михаил Николаевич Муравьев-Виленский – министр государственных имуществ, Владимир Фёдорович Одоевский – писатель, Василий Алексеевич Перовский – генерал от кавалерии, Василий Яковлевич Струве – астроном, Платон Александрович Чихачев – путешественник.

Учредители РГО

Интересно, что трое из числа учредителей были соратниками по Хивинскому походу 1839-1840 годов, это Василий Перовский, Владимир Даль, Платон Чихачев.

6 августа 1845 года императором было дано разрешение на создание общества и определен председатель – великий князь Константин Николаевич Романов. Вице-президентом общества был избран Фёдор Литке.

На первом заседании были приняты в действительные члены географического общества 53 человека. Среди них сотрудники Перовского – востоковеды братья Яков и Николай Ханыковы.  В 1849 году к названию общества добавлено слово «Императорское», что давало возможность увеличивать финансирование общества.

Спустя некоторое время начали создаваться региональные отделения ИРГО. Организатором Кавказского филиала (1851) стал Николай Ханыков. Вторым в России стало Иркутское отделение (1851), третьим – Оренбургское (1867).  До революции ИРГО процветало, выделяло средства на  многие экспедиции.

Жизнь петербургского чиновника (хоть и высокого ранга)  была Перовскому в тягость. Он чувствовал, что еще может быть полезен краю, к которому прикипел душой и не раз просил его туда вернуть.

 

Второй срок правления губернатора Василия Перовского (1851-1857)

С  1850 года территория Оренбургского края уменьшилась за счет передачи части земель в Симбирскую губернию, и военный губернатор стал именоваться Оренбургским и Самарским генерал-губернатором. Население края оставалось разноплеменным, в него входили земли уральских казаков, казахов, башкир и других народов. Оставалась неразрешенной внешнеполитическая задача – оборона подвластных Российской империи казахских кочевий и приграничных русских селений от хивинских набегов.

29 мая 1851 года Перовский прибыл к месту назначения в Оренбург. Он «нашел башкир бедными, почти обнищавшими по сравнению с их положением в 30-е годы XIX века. Хищническая вырубка лесов, запрещение башкирам кочевать, попытки отбирать земли в пользу  казны приводили к недовольству в кантонах». Перовский вновь собирает команду из знающих специалистов, приглашает на службу верного и способного во всех чиновничьих и научных делах Якова Ханыкова. Яков Владимирович в то время пребывал в Петербурге, был профессором Александровского лицея, избран секретарем ИРГО.

Из Петербурга прибывает видный востоковед Василий Васильевич Григорьев (1818-1881), служивший ранее в Министерстве иностранных дел, активный член ИРГО. Григорьев будет участником Кокандского военного похода, в 1854 году он станет председателем Оренбургской пограничной комиссии. Из Азиатского департамента Министерства иностранных дел был назначен молодой востоковед, этнограф Владимир Владимирович Вельяминов-Зернов (1830-1904). Он был двоюродным братом Якова и Николая Ханыковых и увлекся востоковедением под их влиянием. Вельяминов-Зернов изучал этнографию башкир и казахов. Он являлся действительным членом ИРГО и секретарем Русского археологического общества.

С 1847 года в Оренбурге начал служить Алексей Иванович Бутаков, он по заданию Обручева в Швеции заказывал пароходы  для создания судоходства на Арале.  В 1851 году им были доставлены в Оренбург разобранные железные пароходы  «Перовский» и «Обручев».  Так создавалась  Аральская флотилия, руководил ею Бутаков.

Пароход «Перовский». 1852 год.
Паровой баркас «Обручевъ». Воевал на Сыр-Дарье.

Перовский продолжал застраивать столицу края кирпичными домами.

Обелиск Александру I на набережной Оренбурга. Худ. А. Чернышев 1852 г.

К  1856 году было воздвигнуто здание казначейской кладовой в оригинальном стиле псевдоготики, напоминавшем небольшую средневековую крепость, в нем сейчас находится музей города Оренбурга.

Здание казначейской кладовой. Ныне музей Оренбурга

Несмотря на постоянные заботы, Перовский старался разнообразить общественную и культурную жизнь города. В конце 1850 года при участии Алексея Жемчужникова и Алексея Плещеева был открыт театр. Перовский приветствовал пребывание в Оренбурге талантливых людей. В 1856 году с этнографическими целями приезжал в Оренбург поэт, писатель Михаил Ларионович Михайлов (1829-1865). В детстве он жил в Уфе, учился в гимназии, затем уехал в Петербург. Михайлов был одним из первых собирателей башкирских преданий.

Об интересной общественной и культурной жизни Оренбурга того времени  сообщали даже статьи в журнале Герцена «Колокол».

 

Взятие крепости Ак-Мечеть

Несмотря на многочисленные  пограничные укрепления, в степи не было спокойно. Иван Бларамберг в воспоминаниях писал: «Кокандцы стали тревожить нас с 1850 года, они отбивали и угоняли скот у киргизов, которые считались нашими подданными, облагали их тяжелыми поборами».  Высылались отряды казаков, но нападавшие успевали  скрыться.

В середине XIX века Правительство России беспокоила уже политика не Хивы, а Кокандского ханства. Наиболее значительной в Кокандском ханстве была крепость Ак-Мечеть, возведенная в 1817 году на пересечении торговых путей на русской земле. В 1852 году Перовский поставил задачу  взять крепость Ак-Мечеть. Отряд корпусного обер-квартирмейстера Бларамберга в 500 человек, отправленный на взятие крепости, имел 5 орудий, что оказалось явно недостаточным, взята была лишь внешняя часть, а цитадель осталась неприступной.

В 1853 году военный поход возглавил сам Перовский, он  взял 2350  солдат и офицеров и 12 орудий. Кроме того,  500 казахов служили  разведчиками и перевозили грузы на лошадях. Двигались четырьмя отрядами, по ходу отбили несколько нападений хивинцев. Через 900 верст, за 24 дня прибыли к стенам Ак-Мечети.  5 июля, поднявшись по Сырдарье,  пришли для артиллерийской  поддержки пароходы  «Перовский» и «Обручев»  под командованием Алексея Бутакова.  Пароходы,   снабженные пушками,  стали гарантами победы при взятии Ак-Мечети.

Бларамберг дал описание штурма Ак-Мечети. Эти воспоминания составлены так подробно и зримо, что воспринимаются как кадры фильма. Вот лишь один отрывок из записей: «Гарнизон Ак-Мечеть был усилен, занятую мною год назад внешнюю крепость (для лучшего обзора)  кокандцы снесли. Граф Перовский послал парламентера, но со стены прокричали, чтобы Перовский сам повторил свои требования. Он приблизился со своей свитой, но был обстрелян и вернулся в лагерь. Ядра,  пущенные в сторону лагеря, достигли его, и отряд вынужденно отошел. Перовский передал общее командование осадой крепости  генералу Хрулеву, (его, грамотного и отважного офицера, в распоряжение Перовского направил лично Николай I). Хрулев организовывал  подкоп, до крепостного рва добирались 21 день,  после чего заминировали толстые стены. На рассвете 28 июня последовал оглушительный взрыв. После оседания глиняных глыб и пыли обнаружилась широкая брешь, куда был направлен огонь. Наших солдат погибло 18 человек».

Таким образом, 9 августа  1853 года   Кокандская крепость Ак-Мечеть была взята под личным командованием  Василия Перовского.  Укрепление вскоре было переименовано в форт «Перовский» по личному указанию императора.

С этого момента усилилась роль России в  Центральной  Азии,  и начались активные завоевания территорий в этой части света.

 

Последние свершения. Отставка

В 1855 году Россия простилась с Императором Николаем I. Его смерть тяжело воспринял Перовский, он потерял близкого друга. Новым императором становится Александр II. В первый день своего царствования собственноручным письмом Александр II благодарил Перовского: «Любезнейший Василий Алексеевич, спасибо Вам от имени незабвенного благодетеля нашего за Вашу  долговременную, верную и усердную службу».

Последней военной операцией Перовского было взятие хивинского укрепления  Ходжо-Нияз  в 150 верстах от форта Перовского.

Здоровье Василия Алексеевича ухудшалось, медики советовали ехать в Крым.  7 апреля 1857 года Перовский по просьбе был уволен с должности Самарского и Оренбургского военного губернатора.

В сентябре 1857 года он принял приглашение вдовствующей императрицы Александры Федоровны приехать в ее имение  в Ореандр, и прожил там месяц. Еще 2 месяца он жил в Воронцовском дворце. Чувствуя близкий конец, просил похоронить его близко к морю, «чтобы  доносился плеск волн». Прощаться с Василием Алексеевичем приехали брат Борис Алексеевич и племянник Алексей Толстой.  Целительное южное солнце не исцелило…

20 декабря 1857 года В.А. Перовский мирно скончался. Похоронен он в Георгиевском монастыре вблизи Севастополя,  место для гроба было высечено в скале.

«Золотой век Оренбурга…»

Историки называют  период правления Перовского «Золотым веком Оренбурга». Генерал-майор Иван Чернов, историк Оренбургского казачьего войска,  писал: «Никто не мог равняться с Перовским умом и умением излагать свои мысли, убедительно и с полным знанием дела». Сильной стороной деятельности Перовского было умение отчетливо определять проблемы и быстро находить способы их решения. О его  активной  деятельности говорит значительное число указов Николая I  и Сената, вышедших по представлениям Перовского.  Было издано 42  именных и сенатских указа, касающихся Башкирии, что составляло более 30 процентов законов, относящихся ко всему Оренбургскому краю.

В журнале «Русский архив» в 1878 году писали: «Перовский  — человек высоких идеалов, сильных страстей и великодушных побуждений; было в нем много своеобразного при необыкновенных дарованиях и сильном складе сильного ума;  граф Перовский отличался цельным, самостоятельным характером, каких мало».

Младший современник Перовского Фёдор Лобысевич вскоре после его смерти опубликовал статью «Начальники Оренбургского края», в которой писал: «Василий Алексеевич во второй период своего управления чрезвычайно смел, предприимчив и в высшей степени самостоятелен. Край обязан ему полезными реформами и развитием благосостояния». Историограф Оренбурга Пётр Столпянский в 1908 году  писал: «Оренбург обязан Перовскому построением чуть ли не трех четвертей настоящих зданий. Он стремился придать городу облик столичного».

Действия Перовского по сохранению лесов, по лесоразведению достойны примера для любого правителя в любые времена.

Перовский  сумел собрать в Оренбурге талантливых служащих и создать им условия для изучения края, для публикации ценных исследовательских работ, которые до сих пор считаются полезными.

Стремление Перовского  освободить тысячи  пленных и укрепить границы края ради прекращения систематического разбоя явилось его главным гуманистическим  делом государственного значения.

При направлении в Оренбург Перовский был наделен Николаем I особыми полномочиями,  и он их и не растерял, а использовал во благо отечества.

Возведенная им сеть укреплений позволила обеспечить беспрепятственный путь  торговым караванам, что имело международное значение. Перовский привел в состав России несколько провинций Центральной Азии.

В честь Василия Алексеевича Перовского был назван поселок в Оренбургском уезде, мыс на Новой Земле.  До революции одна из улиц Оренбурга носила имя Перовского.  В 2006 году оренбургский городской детский парк имени Кирова был переименован в парк имени Перовского. В настоящее время  Оренбург украшает бюст генерала Перовского.

Бюст В.Перовского в Оренбурге

Известный уфимский историк Азамат Акъюлов писал, что «Василий Перовский относился к своей деятельности неформально, он учитывал интересы основных категорий населения значительно больше, чем  его предшественники,   стремился учитывать насущные проблемы башкирского народа, был одним из авторитетных представителей высшей государственной власти в крае и оставил о себе добрую память. Многие аспекты его политики удовлетворяли интересы башкир, в то же время Перовский оставался проводником царской политики в регионе и подавлял антиправительственные выступления».

За два периода управления краем Перовский  заслужил благодарность жителей губернии и снискал известность в России и за границей.  Оренбург при Перовском стал  культурным центром юго-востока России.

Источники:

. Г.П. Матвиевская «Яков Владимирович Ханыков», изд. Москва «Наука»,  2006 г.

. Г.П. Матвиевская, И.К. Зубова «Владимир Иванович Даль в Оренбурге», «Оренбургское книжное издательство», 2007 г.

. Статьи из сети Интернет.

Лариса Михайлова, краевед

Автор

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *